Двести Двадцать Девятый День Тринадцатого Года

«Ба-ба-бах!!!!» - раздалось с кухни. – «Блямс! Бумс! Бом! Бим! Ба-ба-бах!»

С познавательной целью идти на кухню было бессмысленно, а с воспитательной – откровенно поздно: мурр-виконт Борщ Бетховен, перкуссионист оркестра Котового Имбирвилльского Хора им. Цуцыка, был несколько в годах, чтобы не сказать – стар, абсолютно глух, морально неустойчив по отношению к любым крышкам от кастрюль и чайников, зато легко и издали опознавался по адскому громыханию... зачеркнуто... по фирменному фортиссимо.

- Ма-ам, - прошептал Матвейка из кроватки. – Борщ зовет меня в ученики, если ты разрешишь. Ты разрешишь?

«Только через мой оглохший труп...» - мрачно подумала TS, а вслух сказала:

- А ты хочешь стать перкуссионистом, когда вырастешь?

- Не-е-е. Я просто тоже хочу уметь так громко делать по утрам.

«Имбирные пряники! Оказывается, этому еще и учиться надо!» - ужаснулась про себя наша леди, но вслух ничего сказать не успела.

«Ля-ля-ля-ля-ми-соль-до-диез...» - донеслось отрывистое клавишное стаккато.

«Бу-бу-бу-бу! Бу-бу-бу-бу!» - вступил второй темой саксофон.

Уж на что TS не сильна в музыке, но и она сразу поняла, что вместе с Борщем заявились и его два замурлычные приятеля, мурр-граф Белиссимо Вивальдиус и мурр-сеньор Апполинарий Полонеззи-Килькинд.

«Хм...» – сказала она себе. – «Я буду очень сильно удивлена...»

«Фьюи-и-и-иуууууу!» - перебили её мысли. – «Фьюить! Фью-у-у-у...»

«Да. Удивлена я не буду. Квазиморда фон Бельмондо, Вторая Флейта Коктейльных Трубочек, тоже здесь. Ну что же... Учитывая Пульхерия, можно рассчитывать, что по крайней мере мои соседи не посмеют пожаловаться в полицию на какое-то там кошачье пение и расписаться в отсутствии музыкального тонкого вкуса. В конце концов, гастроли имбирвилльских музыкальных сливок - это большая редкость...»

- Ну идите же вы поскорее на кухню! – промурлыкали акапелла сливки. – Мы же слышим, что вы давно не спите. Нам невтерпежь потереться о ваши ноги. Мы же соскучились...

- Мы тоже, - улыбнулись Матвейка и TS.

А тут и солнышко взошло.

Кукушка,

колумнистка женского журнала «Имбирвилльполитен»

Девяносто Восьмой День Тринадцатого Года

«Ну, что я вам по секрету скажу про крендельки из маковых росинок... Не мойва, конечно, но есть можно,» - громовым шепотом, слышным в каждой, даже самой дальней щелочке кондитерской, сообщил мурр-виконт Борщ Бетховен, перкуссионист оркестра Котового Имбирвилльского Хора им. Цуцыка, своим соседям по столику – мурр-графу Белиссимо Вивальдиусу и мурр-сеньору Апполинарию Полонеззи-Килькинду и машинально стукнул нарисованными на меню крышечками чайничков. Да-а-а-а... Привычка – вторая натура, бороться с ней бесполезно. И с глухотой мурр-виконта тоже. Поэтому все вокруг (и Большая Марта тоже) вежливо сделали вид, что они ни-че-го не слышали, ни-че-го не видели и ни-че-го не поняли.

«А вот когда-то давным-давно, когда имбирвилльская легенда, наш обожаемый Цуцык, еще и не родился, был тут по соседству монастырь кошкелиток св. Мотьки-с-Карлой. Ах, какая пекарня была у кошек-монашек, о майн кот! Какие чайники там были! Какие крышечки! Как сейчас помню...» - продолжил Бетховен, а его соседи закашлялись от столь беззастенчивого вранья: оратор был ощутимо младше Цуцыка, да и насчет кошкиного монастыря... это уж вы извините.

«Щучьи крендельки, тосты с селедочным паштетом, песочные корзиночки с муссом из хека, а главное – улыбка трехцветной Моны-Лизы Джиокошки, молоденькой послушницы, умевшей мурлыкать на пять октав под мою игру на тех крышечках...»

«Хи-хи-хи!!» - не выдержала пфеффелька.

«Хи-хи-хи!!» - не выдержала еще одна.

«Хи-хи-хи!!!» - прочирикали Почтовые Голуби, и все выжидающе замолчали.

«Мне?!» - на громкости пожарной сирены прошептал Борщ Бетховен. Слегка оглохшие Голуби кивнули, быстренько положили гербовую бумагу на стол и на крейсерской скорости вылетели в окно, даже не задержавшись для оплаты: здоровье, знаете ли, дороже - кому нужны глухие почтальоны, а? То-то же.

Полонеззи-Килькинд ловким жестом выхватил из лап мурр-виконта бумагу и на нормальной громкости удовлетворил жгучее любопытство присутствующих:

«Дарственная. Передаем в талантливые лапы мурр-виконта Борща Бетховена, перкуссиониста оркестра Котового Имбирвилльского Хора им. Цуцыка, нашу святыню и реликвию – два серебряных чайника с серебряными же крышечками, дабы вышеупомянутый мурр-виконт своим искусством будил в сердцах котов, людей и прочих некотов прекрасные чувства и дарил им наслаждение от встречи с Музыкой. Аббатисса кошкиного монастыря кошкелиток св. Мотьки-с-Карлой Мона-Лиза Джиокошка. PS. Когда-нибудь, сын мой, я все-таки выберу время и приеду на твой сольный концерт промурлыкать с тобой на пять октав наш любимый Турецкий марш Моцарта...»

Мурр-виконт торжественно взял в лапы две слегка потемневшие серебряные крышки, чуточку помедлил, вздохнул и...

«Ба-ба-бах!! Бух! Бух! Брамс!!!! Бом-бум-блямс! Тарарамс!! Бам! Бум-бум!! Бом-бум! Бим-бом! Бумммс!!»

Серебряная Денежка, чьего хихиканья, конечно же, не было слышно, расцепила ручки, сомкнутые на обшлаге концертного фрака Бетховена, и заткнула ушки: бывшая королева Селедкина сделала это на минуту раньше.

Продолжение читайте в наших следующих выпусках новостей.

Проныркинс, 

специальный корреспондент «Имбирвилльского Вестника»

В рамках вчерашнего Дня Совершения Подвига мы решили показать вам секретнейший снимок одного подвига, совершенного прошлым летом. Надеюсь, вы все понимаете, что речь идет не о подвиге Матвейки. Нет ничего героического в одиночном заплыве в Черном море для первомореходца, который каждый вечер делает одиночные заплывы в Имбирвилльском Акияне! Но вот подвиг TS, который в кадр не попал, но о котором мы можем судить по явно трясущимся рукам, описанию не поддается, о нет!

Морской-Волкинс,

специальный океанский корреспондент Gingervill Geographics

Добро пожаловать на официальный сайт Имбирвилля:  http://gingervill.blogspot.ru/

Пятьдесят Второй День Тринадцатого Года

Вчера, Пятьдесят Первого Дня Тринадцатого Года, в зале Чайных Церемоний мэрии Имбирвилля состоялось первое пробное кофепитие, устроенное чайной ведьмочкой Бублик в рамках программы «Искусство маленьких шагов». Несмотря на недостаток таких критически важных ингредиентов, как чабрец и шалфей, розмарин и орегано, и, главное, мята, мята, мята, ведьмочка Бублик оказалась более чем на высоте своего редкостного кофейного искусства. На кофепитие пришли имбирвилльские пфеффельки. За кофе велась дружелюбная хихикающая беседа - хихеда, как называет эту манеру пфеффелек вести разговор Джинджер Мотылек. Пфеффельки расспрашивали Бублик об искусстве кофеварения и чаепития. Куда-то съелись все плюшки. Не в пфеффелек ли? Пфеффельки и Бублик расстались чрезвычайно довольные друг другом.

Официальный Вестник Мэрии Имбирвилля

Неблагородно со стороны мэтра Занудкинда выступать с таким нелицеприятным выпадом по отношению к глубокоуважаемому Борщу Бетховену. Мурр-виконт со своей новой кантатой хочет сдать квалификационный экзамен и стать сертифицированным перкуссионистом. И, кстати, понимает ли мэтр Занудкинд, что играть на пустых тарелках – занятие требующее самоотречения, что не каждый так сможет! Вот, к примеру, самому мэтру Занудкинду наверняка подавай тарелки полные. Того же борща. Или что еще ему Рюшечка готовит. Нехорошо-с, мэтр Занудкинд, неблагородно-с!

Журнал «Музыкальный Имбирвилль»

Добро пожаловать на официальный сайт Имбирвилля:  http://gingervill.blogspot.ru/

Пятьдесят Первый День Тринадцатого Года

Сегодня был День смешивания разных красок. Краски нашей жизни... Самые-самые разные. Главная, конечно же, рыженькая. Как смеющийся Матвейка. Светло-рыженькая, темно-рыженькая, рыже-рыженькая, рыженькая с пятнышками. Черная краска, куда ж без нее. Особенно полоскам. Они ведь есть даже у зебры, а уж у жизни - тем более. А вот если смешать краску лета и краску кофе-с-молоком – что, что получится? Правильно, чинное питие кофия летним вечером на террасе, залитой закатным солнышком. А вот если смешать краску любви и краску дождя - тогда что? А тогда получатся влюбленные под грибным теплым дождичком. Промокшие до нитки и не замечающие ничего вокруг, только друг друга. А если смешать краску первого матвейкиного лепета и краску яблочного пирога? Будет чаепитие с пирогом рядом с осваивающим первые памперсы Матвейкой. И внимательные глаза, глядящие на Матвейку. И огромная любовь в них. И гости, гости, все любящие маленькое это солнышко.

В жизни много красок. И все смешиваются, переплетаются. Все они и есть жизнь. Ведь если в жизни всего одна краска, она (жизнь) получится очень тусклой. Даже если она ярко-красная.

Динь Имбирвилльсон

Заметки на манжетах

Уважаемый мурр-виконт Бетховен! Ни уважение к Вашим сединам, ни преклонение перед Вашими заслугами на музыкальном поприще, ни, в конце концов, сочувствие Вашей глухоте не могут заставить меня промолчать! Зачем Вы вводите имбирвилльскую публику в заблуждение? Вы же не перкуссионист. Вы не играете на барабанах, Вы даже на треугольнике не играете. Вы - тарелочник. Разве это плохо - быть хорошим тарелочником? Зачем же Вы выкопали из энциклопедии трескучее слово «перкуссионист»?

Занудкинд,

внештатный корреспондент «Газеты Не-Для-Домохозяек»

Приписка Рюшечки: «Пусик, ты так много знаешь! Но у тебя совсем нет слуха...»

Чайная ведьмочка Бублик пытается выйти на работу. Полностью у нее пока мало что получается, но она потихонечку начинает как-то исполнять свои обязанности. В рамках своей новой программы «Искусство маленьких шагов» Бублик завела пятичасовой кофе с крохотными радостями жизни. Радости жизни махонькие и простенькие, но самые настоящие, никак не фальшивые. Кофе очень крепкий и очень сладкий, иногда – с корицей, иногда – с мускатным орехом, иногда с имбирем. Сегодня был с солью.

Нет-нет, я не плачу, соленое лекарство здесь не при чем. Попробуйте этот рецепт. Возьмите хорошую щепоть соли крупного помола – пальцами, вы это «на кончике ножа» бросьте. Продукты, собаки и женщины должны знать тепло ваших рук. Положите соль в джезву, а саму джезву подержите в горячем песке. Услышали потрескивающий звук? Пора класть кофе и мешать его деревянной палочкой. С минутку. Теперь сахар. Опять палочка и опять минутка терпения. Залить горячей водой, один раз размешать, убрать палочку, подождать, пока поднимется пенка на кофе, еще подождать, капнуть глоток холодной ключевой воды. Всё.

Джинджер Мотылек,

сентиментальный корреспондент газеты «Этот нежный Имбирвилль»

Добро пожаловать на официальный сайт Имбирвилля:  http://gingervill.blogspot.ru/

Пятидесятый День Тринадцатого Года

Храните звезды в Сберегательной Банке!

Первая и единственная Звездная Сберегательная Банка открылась в Имбирвилле благодаря леди Леле Козловой. Теперь каждый хороший человек сможет надежно и выгодно разместить свои счастливые звезды в Звездной Сберегательной Банке! (А у плохого человека счастливых звезд все равно нет). Первым и основным вкладчиком стал, конечно, Матвейка.

Спешите! Имбирвилльская Звездная Сберегательная Банка ждет своих вкладчиков! Место для звезд не ограничено.

Вестник Гильдии Имбирвилльских Купцов

Старенький глухой мурр-виконт Борщ Бетховен, наш заслуженный перкуссионист, втайне от всех разучивает кантату. Это ему кажется, что в тайне, конечно. Он ведь почти ничего не слышит. Грохот стоит на весь Имбирвилль: бом-бум-блямс! Бим-бом! Бумммс!! Бух! Бух! Брамс!!!! Кантату мурр-виконт исполняет на крышечках от заварочных чайничков. Тарарамс!! Бам! Бум-бум!! Ведьмочка Бублик морщится, но терпит: мурр-виконт для своих экзерсисов использует только крышечки уже разбитых чайничков. Бом-бум! Ба-ба-бах!! Бублику их все равно жалко так, что щемит сердце.

Журнал «Музыкальный Имбирвилль»

В жизни каждого мальчика наступает время, когда ему нужно обязательно найти клад.

Россыпь золотых и серебряных монеток была совершенно случайно найдена Матвейкой на берегу Кефирной речки. Бывшая королева Селедкина прячет улыбку за букетиком рыжих тошек и тоже поздравляет кладоискателя с такой неожиданной находкой. Несмотря на то, что денежки найдены в неплохом... да что там!! в отличном состоянии и при полном комплекте золотых и серебряных бантиков, они все-таки требуют приложения добрых и любящих рук. Любому кладу нужны добрые и любящие руки. А если у клада есть две ручки, две ножки, сердечко и душа, если он смеется и плачет, говорит и молчит, то хорошо бы понянчить его в ладошках, согреть теплом своего дыхания и сказать, не считая и не скупясь, много-много ласковых и нежных словечек, даже если эти словечки бессвязны и невнятны.

Но мы отвлеклись, и отвлекли наших читателей. А Денежки скоро, вот-вот, буквально на днях, отправятся приносить удачу хорошим людям.

Сэмми Сплетникус, 

спецкорр «Вечерних новостей Имбирвилля»

Добро пожаловать на официальный сайт Имбирвилля:  http://gingervill.blogspot.ru/